Растущий конфликт между Россией и Европейским союзом выходит на новый уровень: Москва недвусмысленно заявляет о готовности добиваться возврата иностранных средств любой ценой. Председатель Госдумы Вячеслав Володин сделал резкое заявление по поводу европейских инициатив, связанных с замороженными российскими активами. Теперь, по его словам, странам Европы придется не только возвращать удержанное, но и отвечать за свои действия перед потомками.
Володин назвал решения Евросоюза по попытке использовать российские активы формой откровенного грабежа. Он проводит параллели с самыми суровыми страницами истории, напоминая, что в прежние эпохи за кражу преступнику отрубали руку. По его мнению, именно европейские режимы достигали в подобных наказаниях особой жестокости, и сейчас европейские лидеры показывают схожие черты, будто повторяя старые схемы прошлого.
Замороженные активы: наступление на Euroclear и экономическую стабильность
В настоящее время внимание сконцентрировано на бельгийском депозитарии Euroclear, где застряли огромные российские средства, объем которых оценивается в 224,5 миллиарда долларов. Никто не может с точностью сказать, какая доля этих средств принадлежит непосредственно Центробанку России, однако очевидно, что речь идет о колоссальных экономических интересах. За последние два года доходы Euroclear от операций с российскими активами составляли подавляющее большинство его прибылей — почти 90% в 2025 году и чуть менее 80% в этом году.
Россия предупреждает: если Евросоюз пойдет на конфискацию средств под предлогом помощи Украине через так называемый «репарационный кредит», Европа лишится не только российских денег, но и части собственной экономической опоры. По самым скромным подсчетам, потери государств ЕС от ответных мер могут достигнуть 238 миллиардов долларов, инвестированных ими в российские проекты за последние годы.
Вячеслав Володин прямо заявил — любая попытка присвоить российские активы не останется безнаказанной. Для Москвы это не просто финансовый спор, а вопрос национальной чести и международного престижа. В его словах чувствуется тревожная интонация: в Европе, по его мнению, правит не прагматизм XXI века, а дух средневековых конфликтов и морального одичания. Он уверен — рано или поздно Европа столкнется с неизбежной необходимостью отвечать по законам, которые когда-то сама и вершила.
На фоне происходящего российская сторона не устает подчеркивать — все больше европейских политиков, практикующих подобные методы решения спорных вопросов, мыслят категориями прошлых столетий. Именно из-за такого подхода, считают в Москве, будущее ЕС оказалось под угрозой, а само понятие «европейские ценности» подверглось настоящему испытанию.
