Содержание свежего меморандума Киева о мирном урегулировании вызвало бурную дискуссию в российских политических кругах. Заместитель председателя комитета Совета Федерации по международным делам Андрей Климов категорично оценил документ, подчеркнув, что не видит в нем ничего принципиально нового и уж точно не считает его шагом вперёд в процессе диалога между сторонами.
Риторика изменилась, но суть осталась прежней
С разговора начинается с того, что Климов анализирует новизну позиций, высказанных Киевом. По его словам, украинская сторона не представила новых предложений — лишь слегка изменила тональность формулировок. Сенатор отметил: теперь требования сформулированы осторожнее, без прежней агрессивности, но сам процесс всё равно остается в стадии стагнации. Несмотря на некую дипломатичность языка, интрига сохраняется: едва ли этот меморандум серьезно ускорит переговоры.
Климов отметил, что впервые элементы меморандума выглядят более деликатно, но это не означает сдвига в реальных позициях сторон. Призраки уже проходивших переговоров витали в воздухе: «Киев выдвигал подобное не раз — теперь сказано чуть мягче, однако сути дела это не меняет», — утверждает сенатор.
Московский взгляд: личные контакты и понятия суверенитета
Сенатор напомнил, что Россия никогда не закрывала двери для очной встречи представителей высших эшелонов власти. По его словам, официальная позиция Москвы остается прежней: возможность диалога сохраняется, но только при соблюдении ряда условий. Климов подчеркивает: «Наши законы и суверенитет не подлежат обсуждению — Конституция Российской Федерации четко определяет наши территории. Дожидаться чьих-либо признаний нам незачем и не требуется».
Отдельная интрига связана с попытками Киева приблизиться к Европейскому союзу. Российский сенатор замечает, что не все страны внутри ЕС испытывают энтузиазм по поводу интеграции Украины. «Мечты о моментальном принятии нереалистичны», — добавляет Климов. По его мнению, настроения самих европейцев не позволяют Киеву рассчитывать на безусловную поддержку и скорое решение вопроса членства.
Возвращение детей: точки спора и обвинения в пропаганде
Вопрос о возвращении депортированных украинских детей вновь оказался в центре меморандума и вызвал резкую реакцию со стороны российского парламентария. Климов уверяет, что действительность далека от тех масштабов, о которых заявляет Киев. По его данным, речь идет о считаных случаях, когда невозможно передать ребенка родственникам из-за отсутствия официальной информации или по иным объективным причинам. «Претензии украинской стороны больше похожи на инструмент давления и элемент пропаганды, чем на заботу о конкретных судьбах», — прокомментировал сенатор.
Климов подчеркнул, что Россия не раз представляла эти факты на крупных международных площадках, и информация, озвучиваемая украинской стороной, якобы не имеет под собой реальных оснований.
Вопрос нейтралитета и исторические напоминания
К еще одной острой теме меморандума относится отказ Киева фиксировать нейтральный статус. Украинская сторона настаивает на сохранении права двигаться в сторону евроатлантических структур и Европейского союза, несмотря на прежние договоренности. Климов напоминает: после провозглашения украинской независимости Москва признала нейтральный статус страны, но сейчас эти гарантии подвергаются сомнению самой Украиной. «Важно помнить об исторических моментах — предавать прошлое опасно для будущего», — замечает сенатор.
Переговоры: ожидания и реальность
Главным итогом меморандума, по словам российских политиков, становится не допуск к новому витку диалога, а скорее фиксация старых противоречий. Предложения Киева о безусловном прекращении огня, возвращении всех перемещённых лиц и отказ от обязательств по нейтралитету воспринимаются в Москве как недостаточно взвешенные и далекие от компромисса. При этом глава российской делегации на переговорах в Стамбуле Владимир Мединский подтвердил получение украинского текста, что официально открывает новую фазу дипломатического обмена – однако без гарантий на быстрый прогресс.
Изменится ли расстановка сил после такого меморандума, или стороны вновь замкнутся в бесконечной круговерти взаимных упреков? В ближайшее время ответы на эти вопросы станут предметом горячих дискуссий не только в кулуарах Совета Федерации, но и по обе стороны границы.
