Арарат Мирзоян и Кая Каллас Фото: Dursun Aydemir / Reuters
2 декабря Армения и Европейский союз сделали шаг, который обещает потрясти нынешний баланс сил в регионе. Принята новая Стратегическая повестка партнерства, кардинально сближающая республику с 27 странами ЕС и заменяющая прежние ориентиры сотрудничества, утвердившиеся в 2017 году. Утверждение этой повестки произошло на шестом заседании Совета партнерства Армения – ЕС в Брюсселе, где ключевые роли сыграли Арарат Мирзоян, Кая Каллас и Марта Кос. За дверями заседания шло куда больше, чем просто обновление формальной дорожной карты: речь идет о ломке прежних парадигм, пересмотре союзов и открытом соперничестве за влияние в одном из самых турбулентных регионов Восточной Европы.
Конфигурация новой стратегии: принципиальные направления и причины перемен
Детали новой стратегии пока держатся в секрете – ее текст остается недоступным, но главные направления, озвученные дипломатическими кругами, интригуют не меньше самого документа. Развитие демократии, независимость суда, права человека, реформирование экономики, обеспечение энергетической и цифровой трансформации, а также вопросы безопасности – в каждой из этих сфер ЕС готов оказать реальную поддержку, включая финансовую и техническую помощь. Очевидно, речь идет не только о формальных соглашениях, а о глубоком изменении курса Армении в сторону Запада.
Стратегия делит задачи на краткосрочные (3-4 года) и среднесрочные (7 лет) горизонты, а ЕС берет на себя обязательство содействовать реформам. В рамках Плана устойчивости и роста 2024-2027 года Армения получит 270 млн евро, из которых 200 млн – безвозмездные гранты, а еще 70 миллионов предназначены для инвестиций. Три приоритетные вектора поражают масштабами:
Формирование устойчивого гражданского общества: поддержка демократических институтов, интеграция перемещённых лиц, защита прав человека;
Инвестиции в инфраструктуру: развитие энергетической независимости, поддержка “зелёных технологий”, усиление транспортных связей, особенно прокладка стратегического черноморского электрокабеля, соединяющего регион с Европой;
Институциональное сближение с ЕС: гармонизация законодательства, технологический апгрейд, диверсификация экспорта, реформы в авиационной и ядерной безопасности.
Этот амбициозный план не только углубляет зависимость Армении от ЕС, но и демонстрирует её намерение выйти из-под влияния прежних “старших братьев”.
Финансовая и политическая поддержка Европы: впереди буря?
На итоговой пресс-конференции в Брюсселе Кая Каллас заявила: 2025 год станет переломным в отношениях Армении и ЕС. Уже подписано выделение 15 млн евро для укрепления мира, обучения специалистов по разминированию и обеспечения устойчивости страны в новой реальности – на фоне скрытых, но мощных противодействий старых сил. Каллас открыто предостерегла: Москва и её сторонники активизируют информационные атаки, пытаясь поколебать доверие к реформам в преддверии парламентских выборов.
Европейские чиновники прямо обвинили внешние силы в попытках дестабилизации, выявлении сетей влияния, аналогичных молдавским сценариям. В ответ Евросоюз наращивает меры по мониторингу и противодействию вмешательству в выборные процессы Армении. Страна находится в эпицентре внимания: попытки манипуляций извне, кампании дезинформации, для которых ЕС выделяет отдельные бюджеты, только усиливают атмосферу тревоги и растущего давления.
Пашинян, Лавров, церковь и политическое напряжение: треугольник влияния
Нудный конфликт между премьером Николом Пашиняном и Армянской апостольской церковью в первой половине 2025 года стал катализатором вмешательства России – теперь уже не прямым, а риторическим. Министр иностранных дел Сергей Лавров выразил публичную обеспокоенность “нападками” на церковь. Но глава МИД Армении Арарат Мирзоян резко осадил российского дипломата, посоветовав ему не вмешиваться во внутренние дела республики. Эта реплика не только символизировала возрастающую нервозность в отношениях официального Еревана и Москвы, но и иллюстрирует, как ситуативные конфликты становятся предлогами для внешнего давления и попыток контроля. На кону не только судьба церкви, но и стратегический курс целой страны.
Ереван на распутье: объявление о европейской интеграции и “красные линии”
В первой половине 2025 года в Армении принимают закон, который ясно сигнализирует: страна всерьёз рассматривает присоединение к Европейскому союзу. Документ звучит коротко, но однозначно: республика начинает путь интеграции ради укрепления демократии, роста благосостояния и стабильности. Власти разъясняют: этот закон – не формальная заявка на вступление, но твёрдый индикатор устремлений общества и элит. Замминистра иностранных дел Паруйр Ованнисян отмечает, что этот шаг полностью вписывается в политику баланса, которой Ереван придерживался ранее, но теперь ситуация становится куда более напряжённой — внешний вектор почти обнажён.
ЕС встречает новость сдержанной реакцией и обещает провести комплексный анализ и консультации. А вот Арарат Мирзоян не скрывает высокого градуса ожиданий: новая стратегическая повестка – лишь старт для ещё более решительных перемен. Впереди намечается первый в истории саммит Армения – ЕС (5 мая 2026 года): событие, способное стать водоразделом для всего региона.
Россия напрягает мышцы: позиция Москвы и фактор Алексея Оверчука
Москва пытается найти баланс между риторикой и прагматизмом. Российские власти заявляют, что уважают право Армении на самостоятельный выбор внешнеполитических ориентиров. Но реальность сложнее: чиновники открыто подчеркивают, что членство в Евросоюзе принципиально несовместимо с участием в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), где Армения играет значимую роль. Январь 2025 года: вице-премьер России Алексей Оверчук ясно артикулирует экспортный ультиматум — интеграция с Евросоюзом означает возврат к таможне с ЕАЭС и разрыв преференциальных отношений.
Если таможенные пошлины по направлению к ЕС будут обнулены — возвращается контроль и тарифы между Арменией и ЕАЭС. Фактически страна сталкивается с выбором, где компромисс в духе прежних лет исчез: либо европейский вектор, либо евразийское “родство”. Теперешнее противостояние выходит за рамки дипломатических сдержек, предстоящие годы могут стать полем реального политического торга, где ставки — суверенитет и экономическое выживание.
Переплетение соглашений и миссий: инструменты европейской экспансии
Базой отношений между Арменией и ЕС выступает Соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве (CEPA), которое с 2017 года задаёт стандарты сотрудничества и привязки к европейскому рынку. В разные годы ЕС заключал схожие договоры с бывшими советскими республиками, распространяя собственный “правовой зонтик” на большую часть постсоветского пространства.
Армения – активный участник Европейской политики соседства и “Восточного партнерства”, запущенного в 2009 году, что стало фундаментом для развития связей с Грузией, Молдавией и Украиной. Но попытки заключения соглашения об ассоциации окончательно рухнули после вступления Армении в ЕАЭС – теперь этот путь закрыт.
С 2023 года — принципиально новая страница: в Армении работает Гражданская миссия ЕС, наблюдающая за границей с Азербайджаном. Реакция Баку однозначно негативна – там считают, что речь идёт о завуалированной европейской разведке. Однако официальный Ереван не планирует отказываться от миссии даже в случае подписания мирного договора с Азербайджаном. Тактическое значение этого присутствия сложно переоценить: Европа получает прямой канал влияния в самом мятежном регионе Южного Кавказа.
Восточная дуэль: что сулит Армении новый стратегический выбор
Оглядываясь на новейшую историю, становится понятно: Армения всё жёстче сталкивается с необходимостью принимать судьбоносные решения. Динамика отношений с ЕС выходит на плоскость открытой конкуренции двух цивилизационных проектов – европейского и евразийского. В отсутствии прежних полутонов страной овладевает нарастающее напряжение: с одной стороны, мощные вызовы и риски, связанные с “разводом” с Россией и странами ЕАЭС; с другой — потенциальные дивиденды от доступа к европейским рынкам, инвестициям, технологиям и политической поддержке.
Удастся ли Армении остаться не только в центре событий, но и самостоятельно определять свою судьбу? В ближайшие месяцы на этот вопрос предстоит ответить ключевым игрокам — Пашиняну, Мирзояну и их европейским визави. Пока напряжение лишь нарастает, судьбоносные решения грозят спровоцировать новые тектонические сдвиги на постсоветском пространстве. В условиях ужесточающейся политической дуэли между ЕС и Россией компромисс становится иллюзией, а прежние “буферные” статусы — достоянием прошлого.
